oio11

Оригинал взят у

andrey_g в 8 августа 1953 года родился Виктор Авилов.

Авилов год работал водителем на 29-м автокомбинате Мосстройтранса на автомобиле «МАЗ», возил песок из Рублева на новостройки Москвы, и снова вернулся на работу в институт. Такие постоянные перемены мест работы были в жизни Авилова с 1974-го по 1979 год. Но судьбе Виктора было суждено сложиться иначе…

В школе Виктор Авилов учился в одном классе с Сергеем Беляковичем. Когда его брату Валерию Беляковичу пришла идея создать новый театр, Сергей порекомендовал брату обратиться за помощью к Виктору Авилову. Авилов позже рассказывал: «С младшим Беляковичем мы учились в одном классе. Вместе ушли в армию, вместе ходили на танцы со всеми вытекающими отсюда последствиями. Как-то Сергей сказал: «Знаешь, там мой брат театр организует, давай попробуем?» И началось... Он был одержим театром! Он и сейчас одержим, и тогда! Он мечтал о театре, создать театр! Посадил как-то вечером Серегу за стол на кухне, говорит: «Серега! Слушай, я хочу сделать театр! Настоящий театр!» Он говорит: «Ну и чего?» «Ну, у тебя есть кто-нибудь из твоих ребят, знакомых?» У них, конечно, длинный был разговор, я его сейчас пересказать не могу, но я, так, схему просто рисую. Он говорит: «Ну, кто у меня знакомых… (пересчитывает по пальцам) Ну, — говорит — этот, тот…» Меня назвал. Это достаточно уже известная история. «А почему, вот, Авилов?» Серый и говорит: «А он анекдоты здорово рассказывает!» Так мы оказались в клубе «Гагаринец». Райисполком нас облагодетельствовал – выделил три ставки: директора, инструктора и уборщицы. Белякович — на первой, я — на второй, мыли и убирали театр по очереди. Кого инструктировать, по какому вопросу, я так ни разу и не поинтересовался. У нас было свое дело. Валерий вел репетиции, я монтировал спектакли... В театр бы я не попал, в кино тоже. Во всяком случае, если бы увидел где-нибудь объявление «Проводим набор в театр-студию...» — не пошел бы. Такой цели, как стать артистом, я перед собой никогда не ставил, иначе наверняка попробовал бы поступать в театральный. А так у меня образование весьма далекое от сценического — техник контрольно-измерительных приборов и аппаратуры. Впрочем, после возвращения из армии мне пришлось сменить множество специальностей. Я считался злостным «летуном» — ни на одном месте не работал больше года. А театр на Юго-Западе считался тогда самодеятельным, и там мы играли в свободное время. Помню, приходили в санаторий или пансионат и говорили, что мы — театр-студия из Москвы, у нас есть спектакль, который мы готовы играть где угодно, лишь бы метрах в тридцати была хоть одна розетка. Говорили, что играем за две вещи — за «поесть» и за «переночевать»... Принимали, как правило, хорошо».