Вельзевул, Вулкан, Гефест, Ваал...-2
Jun. 29th, 2012 09:59 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
oio11........Асират, Ашират (Ашрату, амор.; Асирту, угар.; Ашера, Ашторет, ивр.; Ашерту, хетт.)- богиня любви и плодородия, праматерь богов и людей (к её детям Балу «явно не относится» (106.с47)), владычица сущего, супруга Илу (у амореев-кочевников являлась супругой их верховного бога Марту). Другое имя верховной ханаанейской богини (по-видимому, по аналогии с богом Илу) - «Илату» («богиня»). У древних арабов, в частности, также существовала богиня с именем «Аль-Илат» («Алилат»), (106.) Геродот отождествляет Алилат с Афродитой Уранией (т.е. «Небесной»). В первой половине II тыс. до н.э. центрами почитания Асират («Сказание о Карату») были Тир (Асирату тирийцев) и Сидон (Илату сидонян).
Отзвуки того, что и древнесемитская Асират в глубокой неолитической (или даже мезолитической) древности почиталась как верховная богиня, глава пантеона, звучат в мифе «Дворец для Балу»: одного разрешения Илу (Эла) на постройку дворца мало,- требуется получить и согласие Асират, богини Неба (106.). Примечательно, что в мифологии Угарита лишь Асират, архаичной владычице Неба, приносились («Дворец для Балу») в дар серебро (символика Луны) и золото (символика Солнца). Верхового осла богини Неба также обряжали в сбрую из серебра и попону из золота (106.с93), а осёл, в частности, в мусульманской традиции (49-2.)- одно из животных неба.
Асират одновременно выступала и как владычица моря (солёных вод) - великая «Асират морская» угаритских текстов (возможна параллель с Тиамат). В этом качестве она покровительствовала рыбакам. Позднее верховный бог Илу кардинально урезал права богини (как аналога Тиамат) в пользу бога моря Йаму: «в угоду ему вырвет (Илу) столбы (морского) жилища Астарты (Асират), опрокинет трон её царства, разобьёт её скипетр» (106.с87)- отголоски неолитической религиозной революции. Дабы предотвратить это деяние, Астарта вознесла Илу моление: на берегу моря она принесла рыб в жертву Илу (как богиня моря) и устроила в честь него жертвенный пир (Миф «Дворец для Балу»).
Бог Йаму, носящий эпитет «Судия речной», по-видимому, первоначально, как ипостась Великого бога-отца, почитался богом земных пресных вод (рек). Богом моря Йаму стал считаться лишь после мифопоэтической постройки морского дворца для него. Примечательно, что получив «морскую» ипостась архаичной Великой богини, ранее главы пантеона, Йаму счёл возможным (как наследник высшей власти) обращаться к Совету богов с по-велениями, в ранге: «ваш господин, ваш владыка»; как божество, превосходящее Илу.
Астарта, однако, не простила унижения. В борьбе Йаму с Балу семитическая богиня выступала как союзница протоханаанейского бога, а когда Йаму был повержен, Астарта (богом моря она его упорно называть не желает) возликовала: «Наш пленник - Йаму, в наш плен попал Судия речной» (106.с90).
Среди посвящений Асират важное место занимали предметы фаллического культа. Её синоним - ашера,- столб, дерево (символы богини Неба). Судя по связи Асират с землёй и водой (морем), она принадлежит, как считается, к самому древнему слою общесемитической религии и мифологии. В городе Эбла, в частности (III тыс. до н.э.), Асират имела статус «богини Эблы», т.е. верховной богини этого древнейшего семитского города-государства (106.с61).
Примечательно, что в различных угаритских мифах (в Угарите Анат почиталась более, чем Асират (106)) неоднократно подчёркиваются её конфликтные отношения с протоханаанейским богом Балу (в частности, она жаждет его любви, но он насмехается над нею), что, по-видимому, отражает отношения между завоевателями-амореями и автохтонным населением Ханаана на начальном этапе ассимиляции этих этносов.
Как богиня войны, Астарта (Асират) воспринималась вследствие её идентификации (отождествления) с аккадской Иштар. Так, в договоре ассирийца Ассархаддона с царём Тира Астарта, подобно Иштар,- богиня войны (50.с106): "Астарта да сокрушит в страшной сече ваш лук". Священными животными Астарты, как и у Иштар, считались лев и голубь. Отождествлялась Астарта и с Анат.
Многочисленные фигурки Асират (Астарты, Иштар) были найдены при раскопках в наслоениях Израильского периода (70-1.с210). Так, бронзовая статуэтка сидящей богини ханаанейского типа найдена на ритуальной площадке XI в. до н.э. в Ацоре (Ibid., р.352). В Ветхом Завете имя "Ашторет" упоминается довольно часто. Слово "ашторет" (как имя нарицательное) обозначало у евреев Ханаана приплод в стаде (функция плодородия), (Втор.7.13;28.4,18,51). Считается (70-1.с 237), что культ Ашторет в Израиле обусловлен влиянием Астарты Сидонской. Однако, в тексте ритуала (KTU 1.23), связанного с Асират из Угарита, говорится: "На огне семь раз отроки варят козлёнка в молоке". Этот же ритуал, связанный с плодородием, в Угарите совершался и в честь Рахмайу-Анат (в тексте мифа (106. с115) говорится, что и для Асират, и для Рахмайу одновременно сварили козлёнка). Именно этот Угаритский ритуал обусловил требование Ветхого Завета: "Не вари козлёнка в молоке". Алтари Астарты, воздвигнутые царём Соломоном, разрушил лишь Иошияhу. Известны города, названные в честь богини, например, Астарот или Аштарот-Карнаим в Заиорданье (Быт.14.5), города рефаимов, служителей богини плодородия.
Обнаружены посвятительные надписи (Телль-Микне, VII в. до н.э.) с обращениями к Асират. Надписи (и остраконы (Emerson J.A. New Light on Israelite Religion: The Implications of the Inscription from Kuntillet Ajrud. - Zeitschrift fur die alttestamentliche Wissenschaft. Bd.94.B.,1982, S.1-20)), недавно открытые (VIII в. до н.э.) в Кунтиллет Ажруд, в юго-западной части Негева; и в Кирбет эль-Ком, в предгорьях Иудеи; где упоминаются различные ипостаси Господа «Яхве Шомрон (Самарийский, - в Ветхом Завете это - Телец Самарийский) и его Ашера», «Яхве Теман и его Ашера», «Яхве и его Ашера»,- указывают на то, что в доиудаистическую эпоху отождествления бога Эла и Всевышнего евреев, Ашера (Асират, Астарта), жена Эла, выступала и в качестве супруги «Яхве».
В борьбе за власть, утраченную Илу, первым одерживает победу бог Йаму ("море", хан., ивр.)- владыка водной стихии, разбушевавшегося водного хаоса. С Йаму связывались штормы, ураганы и землетрясения (он, как Посейдон,- "колебатель земли"). Бога Йаму обычно сопровождают морские чудовища: левиафан, дракон и др.. Бог моря жесток и деспотичен, он обложил данью всех побеждённых им богов. На один из советов богов Йаму присылает послов с категорическим требованием о полном, рабском, подчинении ему бога Балу. Не питающий симпатий к Балу, сыну Дагона, бог Илу, глава совета, санкционирует обращение Балу в рабство («дискриминация» Балу проявлялась и в запрете Илу на строительство дома (дворца) для Балу, в то время как все прочие боги, дети Илу и Асират, уже обладали дворцами (дворец - символ власти)). Однако это решение реализовать уже невозможно: к этому моменту Балу - могучий бог и великий боец,- бог-громовержец "Алиййяну-Балу"- "Силач Балу". При первом столкновении, потерпев сокрушительное поражение и подчинившись, «Скачущий на облаке» не смирился и при поддержке пришедших ему на помощь Хусара («друга и товарища Балу») и богини-воительницы Анат (как и Балу протоханаанейских, не семитских богов), одолел бога моря, предварительно убив его стража- левиафана (то же произошло и в Индии, где древние дравидий-ские боги в конечном итоге, практически, «взяли верх» над богами арийцев-завоевателей).
В древнееврейской доиудаистской традиции (как уже упоминалось) Господь Бог, подобно Балу, борется с водной стихией Йаму и одерживает победу над ней и левиафаном. Описание этой победы Господа, повидимому, вошло в песнь Мо исея (Исх.15.8): "От гневного дыхания Твоего взгромоздились воды, стали, как стог, струи, смёрзлись (от страха) пучины в сердце моря (Йаму)". Древность этой песни доказывается не только архаичностью языка, выявляемой при сопоставлении её лексики с лексикой других частей Книги Исхода, но и большой тематической близостью к мифам Угарита, где победа Балу над Йаму описывается в сходных выражениях (96.с161). Этот же мотив звучит и в псалме (Пс.88.7): "Ты владычествуешь над яростью моря (Йаму); когда вздымаются волны его, ты укрощаешь их". Воля Господа непреложна (Иов (38.8-11)):
И Я объявил о нем Мой закон,
И поставил засовы и створки,
И сказал: доселе придешь и не более,
И здесь будет остановлена надменность
твоих волн.
В Угаритских текстах бог моря Йаму назван и Беритским именем - "Йево", под которым он широко почитался в Финикии. В Берите, который Эл отдал богу Моря, бог Йево считался покровителем города (50. с256). Иногда бога моря Йево (акустическая близость имён) отождествляют (50.) с Господом,- Йаhве (в таком случае Йаhве пришлось бы бороться с самим собой). В эпоху Судей древние евреи поклонялись богу Йево (Суд.8.33): "Когда умер Гедеон (род "Манассия"), сыны Израилевы... поставили себе богом Баал-Берита".
Итак, после победы над всеми своими врага-ми, владыкой мира, царём богов, становится энергичный, деятельный и справед-ливый бог-воитель Балу ("Баал-Цафон"- "Владыка горы Цафон", на которой и стоял дом Балу; "Алиййяну-Балу"- "Силач Балу"; Баал-Хаддад) - бог бури, грома и молний (небесного огня), дождя и связанного с небесной влагой (дождём (снегом) и росой) растительного плодородия.
В мифе "Волшебный лук" повествуется о том, как Пагати, сестра главного героя мифа Акхата, жрица-рапаитка "постигающая волю богов", оплакивает Балу, бога влаги и целителя растений, поскольку "смерть грозит богу Балу по окончании (каждого) семилетия", а с нею - приход засухи и голода: "Не будет росы! Дождя не будет! Не будут бить ключом источники бездны (шумерский мотив у угаритцев!)... Но Балу вернётся... (и)... прорас-тёт юным стеблем на грядке".
Вероятно, в этой мифопоэтической раннеземледельческой истории отразился обычай как древнего коренного населения, так и евреев Ханаана соблюдать семилетний земледельческий цикл - оставлять землю под парами (не возделывать) каждый седьмой год (Лев.25.3-4; 26.34-35,43).
Отправление культа Балу, как бога, стимулирующего урожай, включало элементы эротической вакханалии (Балу первоначально - податель влаги и бог-рапаит (целитель растений, см. ниже), исполнитель воли богини Неба, Великой матери, её ранняя ипостась; и его культ - компонент почитания раннеземледельческой богини-матери). Поэтому при храмах Балу обычно практиковалась культовая проституция, а во время обрядов и процессий в честь Балу (Ваала) жрецы и фанатики в экстатическом исступлении наносили себе раны.
По-видимому, уже в первой половине II тыс. до н.э. Балу являлся олицетворением и производительной мужской силы (в образе быка он вступает в связь с богиней Анат); его символ-фаллос. Круглый, рогатый головной убор (шапка), в котором обычно изображён Балу, заканчивается фаллическим навершием. Известны изображения Балу в облике быка (идол с головой быка и знаком фаллоса на лбу (14.с299)), а также война, поражающего зем-лю молнией-копьём (стела из Угарита; первая половина II тыс. до н.э.; белый известняк (49-1.с159)). Главный храм Балу, вероятно (50.с24), находился на горе Цафон, хан. (гора Касия, греч.; "Хаззи", хет.; совр.,- "Джебель-Акра") ещё в эллинистическую эпоху, когда Могучего Балу ("Алиййяну-Балу") почитали как Зевса Касия. В Угарите Балу (Баал-Хаддад), возможно, уже к середине II тыс. до н.э., занимал центральное место (как царь богов) в пантеоне, хотя иногда, по традиции, и подчинялся главе совета богов Илу (согласно мифологии).
Как известно, Вельзевул (Ваал-Зевул, Баал-Зебул), упоминающийся в Ветхом Завете под именем "божества Аккаронского" (4Цар.1.2), в качестве "Повелителя, царя, мух"; представляется как демоническое существо, верховный вождь адских сил, "князь бесов", в силу новозаветных, евангелических, воззрений (49-1.с229). Имя "Вельзевул" переводчик и комментатор Библии Евсевий Иероним (1V-V вв. н.э.) связывал с Баал-Зебулом, как с богом ассимилировавшихся филистимлян, а Д.Э. Райт (Библейская археология) ин-терпретировал как «Возвышенный господин».
Для многих народов мира муха - символ нечистоты, греха; носительница зла и болезней. Так, в ветхозаветной традиции египетские и ассирийские войска сравниваются с тучами мух. Древние евреи связывали с образом мухи не только Баал-Зебула (на иврите "муха"- "זבוב" (зебуб), а слово "זבול" (зебул) означает "храм, дом"), но и таких врагов Всевышнего, как Молох (Эл, Баал-Цафон, Мелькарт) и Левиафан (Йаму). В Иерусалимском храме не должно было быть ни одной мухи.
Имя бога: "Баал-Зебул"- "Владыка дома, храма", хорошо ассоциируется с наименованием и содержанием Угаритского мифа "Дворец для Балу" (69.с90), выстроенного на горе Цафон (этот дворец, дом Балу, очевидно, являлся древнейшим храмом этого божества (50.) в Ханаане). Выдающийся специалист по мифологии Ханаана И.Шифман полагал, что "Баал-Зебул"- одно из многих имён Баал-Цафона, Ваала (Баал-Хаддада), сильнейшего из богов, "скользящего на облаке князя" (49-1.с159). Образ Баал-Зебула, как "мушиного бога", защищающего людей от укусов мух, по-видимому, являлся одной из ипостасей царя богов Балу. Ещё во времена израильского царя Охозии (851 г.до н.э.) Баал-Зебул был почитаем не только ханаанеями (центральный культ бога был в городе Экрон), но и древними евреями: царь Охозия обращался за оракулами к Баал-Зебулу (Ваалу), (4Цар. 1,2,3,6). Согласно Филону Библскому, в эллинистический период (49-1.с149) Балу отождествлялся с Зевсом, тоже громовержцем и тучегонителем, царём богов, не только как Зевс Кассий, но и как "Апомийос"- "Отвратитель мух". Зевсу в этом качестве приносились жертвы в Актийском храме (49-2.с188)
Следовательно, в первой четверти I тыс. до н.э. и ранее древние евреи, ха-ибири, считали Балу (Баал-Хаддада, Ваала) богом, по меньшей мере, не причинявшим им вреда.
Главной помощницей Балу во всех его делах была "сестра и жена", дева-воительница Анат, богиня охоты, "порочная дочь" Илу. «Anath, Anata» у северных и западных семитов, «Anait, Анахит» в армянской мифологии - "Великая мать", богиня (57.с19) плотской любви и войны (подобно Иштар), владычица птиц. Почитали Анат и в верхней Месопотамии - в городе Мари (106).
С Анат постоянно связываются эпитеты "сила жизни", "госпожа Неба" ("Аn", шум., протодрав.- "небо"; точнее, как было показано в Кн.I, «А-Н» - высокая, небесная, вода). В имени «Анат» окончание слова «ат» ставит «АН» (небо) в форму женского рода.
В угаритском мифе "Волшебный лук" орлы и коршуны - священные птицы богини Анат. В облике орла, а иногда и других птиц, появляется и сама богиня (106.с53). Характерно, что на стеле, обнаруженной в Бейт-Шаане (107.с146), изображение богини сопровождается иероглифической надписью «Анат(ит),- царица Неба и госпожа всех богов» (возможно, как Хатхор).
Многие слова на иврите, языке ханаанейской группы, начинающиеся со слога (слова) «ан» определяют представления и понятия, входящие в область символики, связанной с раннеземледельческой богиней Неба (57.): облако (анан), ветвь (анаф), ожерелье (анак); петля, бант (анива) или (анод)- обвешанный, украшенный (священное дерево обвешивалось (украшалось) лоскутками цветной материи - приношениями богине Неба). Помимо прочего, и сама Анат - крылатая богиня («Анату распустила свои крылья и полетела» (106.с106)).
Показательно проклятие, посланное в адрес богини Анат убитым горем Данниилу, сразу же после того как его дочь Пагату, «искусная в делах небесных», по знамению - стае орлов и коршунов (символика неба), вьющихся над домом Данниилу, узрела, что с Акхатом, по вине богини Неба, произошло страшное несчастие (был заклёван орлом Анат). «Проклял Данниилу (не называя имени божества) облако, чтобы... восемь лет не лился из него дождь, и чтобы не было росы» (облако, «небесная вода»- дождь и роса, число восемь - символика богини Неба).
Позднее, узнав, что произошло, «вознегодовал Данниилу на богиню (Анат) и на всю (её растительную) природу». Характерно, что поглотила (съела) тело Акхата именно мать орлов (параллель к Великой матери).
некоторых угаритских текстах второй супругой бога Илу названа «Рахмайу» («дева»). Эта богиня связана и с охотой. В списке Угаритских божеств она стоит выше самой Асират (106.с47), семитической богини Неба, богини-матери (что указывает на стойкость протоханаанейских жреческих традиций в Угарите). Детьми Рахмайу считаются Шахару и Шалиму (Салиму), боги утренней и вечерней зари, т.е. она тоже богиня-мать и богиня Неба. В сказании о Карату, «любезном слуге», жреце Илу, обе супруги царя богов присутствуют на свадьбе героя, где Рахмайу благословляет новобрачных. Асират же мстит Карату (насылает на него смертельную болезнь), поскольку он, нарушив клятву, забыл принёсти ей обещанную жертву за благодеяние (золото и серебро), тем самым, оскорбив древнесемитскую богиню Неба. Поскольку обещанная жертва - это жертва по обету, не «тамид», то забывчивость Карату, вероятно, обусловлена тем, что Асират не являлась для царя из Дитана божеством первостепенной важности, и её храма в Угарите не было (свой обет Карату принял в Тире).
Отметим, что есть предположения (106.) о том, что «Рахмайу»- это «дева и богиня охоты» Анат. В «Сказании о Карату» богини Рахмайу и Анат характеризуются одним и тем же эпитетом - «прелестная». Из перечня богов, присутствующих на пиру у Карату (упоминается Рахмайу, но не Анат), а также из благословления Илу (где говорится, что первенца Карату вскормят Асират и Анат, т.е. жёны Илу) вытекает, что Рахмайу - это Анат. Ю.Б. Циркин усматривает в «Рахмайу» архаичное семитское божество, «чей культ возник задолго до появления амореев в Сирии» (с268). Наиболее ранние следы её культа зафиксированы в Ханаане на рубеже III-II тыс. до н.э. (с276).
В «Финикийской истории» повествуется, что у «туземной нимфы» Анобрет был от бога Эла (Илу) сын по имени «Йехуд» («Единородный»,- перевод Филона Библского). Если имя «Анобрет» позволительно прочитать, как «Анотрет», то «туземная нимфа» - богиня Анат, а сын её «Йехуд» - единородный бог как для аморейского, так и для протоханаанейского пантеонов. Принеся его, первенца, в искупительную жертву Баал-Шамему (Шамемруму), Эл совершил жертвоприношение от лица всех богов (пришлых и местных) земли Ханаанейской.
Засвидетельствовано (надпись от IV в. до н.э. из Кипра (50.с268)), что в облике богини Афины, одной из главнейших фигур олимпийской мифологии, равной Зевсу по силе и мудрости, у ханаанеев почиталась Анат. Согласно «Финикийской истории», Анат - владычица Аттики, города Афин; т.е. традиция отождествления богинь, по-видимому, уходит своими корнями в глубь тысячелетий (по свидетельству Платона афиняне были достаточно хорошо знакомы с обычаями и верованиями ханаанеев Карфагена).
Подобно Анат, Афина-дева и богиня-воительница. Образ Афины весьма многогранен и богат наслоениями, а её догреческое происхождение не позволяет (49-1.) раскрыть этимологию имени богини.
Древнейшая (догреческая) связь Афины с Небом несомненна: её рождение сопровождалось золотым дождём; она отождествлялась с дочерьми Кекропа - Пандросой («Всевлажная») и Аглаврой («Световоздушная»); в Аттике ей посвящались праздники (49-1.) дарования росы для посевов и отвращения засухи.
В архаичной мифологии Афина также «известна как Великая богиня-мать», как родительница и губительница всего живого. Ей были посвящены земледельческие праздники (созревания плодов, начала жатвы). Отождествлялась Афина и с Агравлой («Полебороздная»).
Итак, очевидно, что в неолитическую эпоху Афина воспринималась, как богиня Неба, Великая богиня-мать.
Примечательно, что мифология сохранила и глубокую связь образа Афины с фигурой неолитического Великого бога-отца, бога земли и преисподней. Один из главнейших атрибутов Афины - змея. Богиня - не только покровительница змей, но и сама «пёстровидная змея» (у бога-отца Диониса «пёстрое» лицо; см. Кн.I). Считается (49-1.), что «истоки мудрости» Афины - в её хтоническом прошлом (Согласно учению Таавта, змея обладает огненной природой; Великий отец же, как Змей,- источник мудрости.). Культ змеи играл важную роль в Греции, в особенности в мистериях Диониса (50.с 272). Не исключено, что и «мудрая» сова,- ночная птица, избегающая света (т.е. Неба), воспринималась в древности как священное животное Великого бога-отца. Непременный атрибут Афины - эгида из козьей шкуры с головой змеевласой Медузы (горный козёл - эмблема подземного огня). Афина же помогла титану Прометею похитить у Гефеста из глубин преисподней подземный огонь. Афина также считалась и хранительницей молний Зевса (воплощавших во времена неолита появление в небе Великого бога-отца (57.)).
Уж не слыла ли «Афина» в Аттике эпохи натуфа единым двуполым богом (воплощавшим в себе и ипостась двуполого божества «Афродита»)?
Существует точка зрения, что древнеиранская богиня Анахита («Ардвисура Анахита», где - «ардви»- «влажная?», «сура»- «сильная», Анахита - «Незапятнанная») - западного (малоазийского) происхождения, и её прототипом послужила Анат. Имя «Ардвисура Анахита» не встречается в надписях ахеменидских царей вплоть до первой половины IV в. до н.э., когда она впервые упоминается в надписи Артаксеркса Мнемона (405-359 гг. до н.э.) в стереотипной фразе: «Да защитят меня Ахура-Мазда, Анахита и Митра...». Примечательно, что часть имени «Анахита» перешло в фарси в форме «Нахид», как название планеты Венеры и её персонификация.
В зороастризме (первичный зороастрийский канон) Ардвисура Анахита - непорочная богиня небесных вод и планеты Венера. Первоначально богиню воспринимали как источник вселенских вод (отголоски раннеземледельческой культуры неолита), стекающих с вершины мировой горы Хукарйи в божественном царстве света. Она питала собой все источники, давала начало рекам, делала землю цветущей и плодородной (богиня плодородия). Подробные сведения о древнеиранском восприятии богини изложены в «Авесте», где ей посвящён отдельный гимн («Ардвисур-Яшт», или «Абан-Яшт»- «Яшт V»). В этом Яште она предстает как богиня священных вод; место ее жительства находится в небе, среди звезд. Полная сил и величия, она мчится на четырехколёсной колеснице (царица неба) и сокрушает всех врагов света и добра (воительница). Боги и люди взывают к ней и молят о даровании величия (царской власти), силы и богатства. Она - мать богов. Ардвисуру Анахиту славит и приносит ей жертвы даже сам верховный бог Ахура Мазда, призывая ее спуститься на землю с неба.
Подобно Астарте, Анахита ответственна за приплод у людей и животных. Она - «уготавливает для родов материнское лоно всех жён, делает лёгкими роды всех жён, исполняет в урочное время молоком материнскую грудь». Анахита (как и Анат, Астарта или Иштар) - воплощение женственности, любви и красоты. Изображение высокой, статной девы, юной красавицы-богини, наделялось орлиными крыльями. «Сверху на голову надела Ардвисура Анахита диадему с сотнями драгоценных камней, золотую, из восьми частей, в виде колесницы, украшенную лентами, прекрасную, с выдающимся кольцом, хорошо сделанную».
Итак, всё выше изложенное свидетельствует о том, что богиня Анахита полностью соответствует мифопоэтическим признакам (небесные воды и свет, орёл, кольцо, лента, числа четыре и восемь, планета Венера, растительное плодородие, помощь при родах и т.д.), отображающим Великую богиню-мать, богиню Неба (проявляются и заимствования из постнеолитической шумеро-аккадской и хурритской мифологий). Не исключено, что такое наименование богини, как «Ана(хи)та - Незапятнанная», сотворено народной этимологией древних иранцев из непонятного для них имени «Анат».
Следовательно, вполне можно предположить, что Анат (Анаит)- госпожа Неба раннеземледельческой куро-араксской культуры, заимствованная у натуфийцев (судя по имени), которую семитическая Асират не смогла окончательно заместить и вытеснить; хотя с небес «строптивая» богиня Анат была и низвергнута - её наиболее часто упоминаемое жилище (согласно угаритской ханаанейской мифологии)- дом в глубинах земли (это может быть и отголоском предполагаемой первоначальной двуполости божества)).
Мифопоэтические образы богинь Анат и Асират ("Астарты" Ветхого Завета) содержат много общего. В Угарите и та, и другая слыли символом женской красоты, при воспевании которой их не разделяли: «чья прелесть, как прелесть Анату, чья красота, как красота Астарты». Отождествление богинь произошло, по крайней мере, ко времени создания «Сказания о Карату», в котором старший сын Карату обозначен как «Тот, кто сосёт молоко Ашеры, кто сосёт грудь девственной Анат». Богини одновременно были и девами, и супругами, и матерями, и, в конечном итоге, слились. По одной из мифологических версий, Асират и Анат (вероятно, как супруги Илу) живут в одном и том же месте - на горе Имбабу (106. с284). Астарта, в качестве Анат, живущей в недрах земли, носила даже название - «Астарта Пещерная». Ветхозаветные пророки также не слишком разделяли богинь, порицая тех, кто "стали служить Астартам". В I тыс. до н.э. культ Анат засвидетельствован лишь за пределами Ханаана: на Кипре и в Элефантине (под именем "Анатбетиль", возможно,- "Анат дома Бога", либо это имя двуполого божества).
Изображалась (нижняя панель кровати из слоновой кости, отнесённая Шеффером к Амарнскому периоду; Рас-Шамра) богиня Анат с двумя парами крыльев (одни - подняты, другие - опущены); с рогами, растущими изо лба, и солнечным диском между ними (как у Хатхор,- египтяне идентифицировали Анат и Асират, но позднее воспринимали их как единое божество - Анаташтарт (вторая половина II тыс. до н.э.)), кормящей двух отроков, явно близнецов (Шахару и Шалиму, которых после открытия текста об их рождении принимали даже за одно божество). На другой пластинке из слоновой кости вырезана женщина (Анат) с оголённым бюстом, её шея украшена широкой цепью, на головном уборе - змея. В руках богиня держит связку колосьев. Справа и слева от неё стоят два рогатых чудовища.
Отзвуки того, что и древнесемитская Асират в глубокой неолитической (или даже мезолитической) древности почиталась как верховная богиня, глава пантеона, звучат в мифе «Дворец для Балу»: одного разрешения Илу (Эла) на постройку дворца мало,- требуется получить и согласие Асират, богини Неба (106.). Примечательно, что в мифологии Угарита лишь Асират, архаичной владычице Неба, приносились («Дворец для Балу») в дар серебро (символика Луны) и золото (символика Солнца). Верхового осла богини Неба также обряжали в сбрую из серебра и попону из золота (106.с93), а осёл, в частности, в мусульманской традиции (49-2.)- одно из животных неба.
Асират одновременно выступала и как владычица моря (солёных вод) - великая «Асират морская» угаритских текстов (возможна параллель с Тиамат). В этом качестве она покровительствовала рыбакам. Позднее верховный бог Илу кардинально урезал права богини (как аналога Тиамат) в пользу бога моря Йаму: «в угоду ему вырвет (Илу) столбы (морского) жилища Астарты (Асират), опрокинет трон её царства, разобьёт её скипетр» (106.с87)- отголоски неолитической религиозной революции. Дабы предотвратить это деяние, Астарта вознесла Илу моление: на берегу моря она принесла рыб в жертву Илу (как богиня моря) и устроила в честь него жертвенный пир (Миф «Дворец для Балу»).
Бог Йаму, носящий эпитет «Судия речной», по-видимому, первоначально, как ипостась Великого бога-отца, почитался богом земных пресных вод (рек). Богом моря Йаму стал считаться лишь после мифопоэтической постройки морского дворца для него. Примечательно, что получив «морскую» ипостась архаичной Великой богини, ранее главы пантеона, Йаму счёл возможным (как наследник высшей власти) обращаться к Совету богов с по-велениями, в ранге: «ваш господин, ваш владыка»; как божество, превосходящее Илу.
Астарта, однако, не простила унижения. В борьбе Йаму с Балу семитическая богиня выступала как союзница протоханаанейского бога, а когда Йаму был повержен, Астарта (богом моря она его упорно называть не желает) возликовала: «Наш пленник - Йаму, в наш плен попал Судия речной» (106.с90).
Среди посвящений Асират важное место занимали предметы фаллического культа. Её синоним - ашера,- столб, дерево (символы богини Неба). Судя по связи Асират с землёй и водой (морем), она принадлежит, как считается, к самому древнему слою общесемитической религии и мифологии. В городе Эбла, в частности (III тыс. до н.э.), Асират имела статус «богини Эблы», т.е. верховной богини этого древнейшего семитского города-государства (106.с61).
Примечательно, что в различных угаритских мифах (в Угарите Анат почиталась более, чем Асират (106)) неоднократно подчёркиваются её конфликтные отношения с протоханаанейским богом Балу (в частности, она жаждет его любви, но он насмехается над нею), что, по-видимому, отражает отношения между завоевателями-амореями и автохтонным населением Ханаана на начальном этапе ассимиляции этих этносов.
Как богиня войны, Астарта (Асират) воспринималась вследствие её идентификации (отождествления) с аккадской Иштар. Так, в договоре ассирийца Ассархаддона с царём Тира Астарта, подобно Иштар,- богиня войны (50.с106): "Астарта да сокрушит в страшной сече ваш лук". Священными животными Астарты, как и у Иштар, считались лев и голубь. Отождествлялась Астарта и с Анат.
Многочисленные фигурки Асират (Астарты, Иштар) были найдены при раскопках в наслоениях Израильского периода (70-1.с210). Так, бронзовая статуэтка сидящей богини ханаанейского типа найдена на ритуальной площадке XI в. до н.э. в Ацоре (Ibid., р.352). В Ветхом Завете имя "Ашторет" упоминается довольно часто. Слово "ашторет" (как имя нарицательное) обозначало у евреев Ханаана приплод в стаде (функция плодородия), (Втор.7.13;28.4,18,51). Считается (70-1.с 237), что культ Ашторет в Израиле обусловлен влиянием Астарты Сидонской. Однако, в тексте ритуала (KTU 1.23), связанного с Асират из Угарита, говорится: "На огне семь раз отроки варят козлёнка в молоке". Этот же ритуал, связанный с плодородием, в Угарите совершался и в честь Рахмайу-Анат (в тексте мифа (106. с115) говорится, что и для Асират, и для Рахмайу одновременно сварили козлёнка). Именно этот Угаритский ритуал обусловил требование Ветхого Завета: "Не вари козлёнка в молоке". Алтари Астарты, воздвигнутые царём Соломоном, разрушил лишь Иошияhу. Известны города, названные в честь богини, например, Астарот или Аштарот-Карнаим в Заиорданье (Быт.14.5), города рефаимов, служителей богини плодородия.
Обнаружены посвятительные надписи (Телль-Микне, VII в. до н.э.) с обращениями к Асират. Надписи (и остраконы (Emerson J.A. New Light on Israelite Religion: The Implications of the Inscription from Kuntillet Ajrud. - Zeitschrift fur die alttestamentliche Wissenschaft. Bd.94.B.,1982, S.1-20)), недавно открытые (VIII в. до н.э.) в Кунтиллет Ажруд, в юго-западной части Негева; и в Кирбет эль-Ком, в предгорьях Иудеи; где упоминаются различные ипостаси Господа «Яхве Шомрон (Самарийский, - в Ветхом Завете это - Телец Самарийский) и его Ашера», «Яхве Теман и его Ашера», «Яхве и его Ашера»,- указывают на то, что в доиудаистическую эпоху отождествления бога Эла и Всевышнего евреев, Ашера (Асират, Астарта), жена Эла, выступала и в качестве супруги «Яхве».
В борьбе за власть, утраченную Илу, первым одерживает победу бог Йаму ("море", хан., ивр.)- владыка водной стихии, разбушевавшегося водного хаоса. С Йаму связывались штормы, ураганы и землетрясения (он, как Посейдон,- "колебатель земли"). Бога Йаму обычно сопровождают морские чудовища: левиафан, дракон и др.. Бог моря жесток и деспотичен, он обложил данью всех побеждённых им богов. На один из советов богов Йаму присылает послов с категорическим требованием о полном, рабском, подчинении ему бога Балу. Не питающий симпатий к Балу, сыну Дагона, бог Илу, глава совета, санкционирует обращение Балу в рабство («дискриминация» Балу проявлялась и в запрете Илу на строительство дома (дворца) для Балу, в то время как все прочие боги, дети Илу и Асират, уже обладали дворцами (дворец - символ власти)). Однако это решение реализовать уже невозможно: к этому моменту Балу - могучий бог и великий боец,- бог-громовержец "Алиййяну-Балу"- "Силач Балу". При первом столкновении, потерпев сокрушительное поражение и подчинившись, «Скачущий на облаке» не смирился и при поддержке пришедших ему на помощь Хусара («друга и товарища Балу») и богини-воительницы Анат (как и Балу протоханаанейских, не семитских богов), одолел бога моря, предварительно убив его стража- левиафана (то же произошло и в Индии, где древние дравидий-ские боги в конечном итоге, практически, «взяли верх» над богами арийцев-завоевателей).
В древнееврейской доиудаистской традиции (как уже упоминалось) Господь Бог, подобно Балу, борется с водной стихией Йаму и одерживает победу над ней и левиафаном. Описание этой победы Господа, повидимому, вошло в песнь Мо исея (Исх.15.8): "От гневного дыхания Твоего взгромоздились воды, стали, как стог, струи, смёрзлись (от страха) пучины в сердце моря (Йаму)". Древность этой песни доказывается не только архаичностью языка, выявляемой при сопоставлении её лексики с лексикой других частей Книги Исхода, но и большой тематической близостью к мифам Угарита, где победа Балу над Йаму описывается в сходных выражениях (96.с161). Этот же мотив звучит и в псалме (Пс.88.7): "Ты владычествуешь над яростью моря (Йаму); когда вздымаются волны его, ты укрощаешь их". Воля Господа непреложна (Иов (38.8-11)):
И Я объявил о нем Мой закон,
И поставил засовы и створки,
И сказал: доселе придешь и не более,
И здесь будет остановлена надменность
твоих волн.
В Угаритских текстах бог моря Йаму назван и Беритским именем - "Йево", под которым он широко почитался в Финикии. В Берите, который Эл отдал богу Моря, бог Йево считался покровителем города (50. с256). Иногда бога моря Йево (акустическая близость имён) отождествляют (50.) с Господом,- Йаhве (в таком случае Йаhве пришлось бы бороться с самим собой). В эпоху Судей древние евреи поклонялись богу Йево (Суд.8.33): "Когда умер Гедеон (род "Манассия"), сыны Израилевы... поставили себе богом Баал-Берита".
Итак, после победы над всеми своими врага-ми, владыкой мира, царём богов, становится энергичный, деятельный и справед-ливый бог-воитель Балу ("Баал-Цафон"- "Владыка горы Цафон", на которой и стоял дом Балу; "Алиййяну-Балу"- "Силач Балу"; Баал-Хаддад) - бог бури, грома и молний (небесного огня), дождя и связанного с небесной влагой (дождём (снегом) и росой) растительного плодородия.
В мифе "Волшебный лук" повествуется о том, как Пагати, сестра главного героя мифа Акхата, жрица-рапаитка "постигающая волю богов", оплакивает Балу, бога влаги и целителя растений, поскольку "смерть грозит богу Балу по окончании (каждого) семилетия", а с нею - приход засухи и голода: "Не будет росы! Дождя не будет! Не будут бить ключом источники бездны (шумерский мотив у угаритцев!)... Но Балу вернётся... (и)... прорас-тёт юным стеблем на грядке".
Вероятно, в этой мифопоэтической раннеземледельческой истории отразился обычай как древнего коренного населения, так и евреев Ханаана соблюдать семилетний земледельческий цикл - оставлять землю под парами (не возделывать) каждый седьмой год (Лев.25.3-4; 26.34-35,43).
Отправление культа Балу, как бога, стимулирующего урожай, включало элементы эротической вакханалии (Балу первоначально - податель влаги и бог-рапаит (целитель растений, см. ниже), исполнитель воли богини Неба, Великой матери, её ранняя ипостась; и его культ - компонент почитания раннеземледельческой богини-матери). Поэтому при храмах Балу обычно практиковалась культовая проституция, а во время обрядов и процессий в честь Балу (Ваала) жрецы и фанатики в экстатическом исступлении наносили себе раны.
По-видимому, уже в первой половине II тыс. до н.э. Балу являлся олицетворением и производительной мужской силы (в образе быка он вступает в связь с богиней Анат); его символ-фаллос. Круглый, рогатый головной убор (шапка), в котором обычно изображён Балу, заканчивается фаллическим навершием. Известны изображения Балу в облике быка (идол с головой быка и знаком фаллоса на лбу (14.с299)), а также война, поражающего зем-лю молнией-копьём (стела из Угарита; первая половина II тыс. до н.э.; белый известняк (49-1.с159)). Главный храм Балу, вероятно (50.с24), находился на горе Цафон, хан. (гора Касия, греч.; "Хаззи", хет.; совр.,- "Джебель-Акра") ещё в эллинистическую эпоху, когда Могучего Балу ("Алиййяну-Балу") почитали как Зевса Касия. В Угарите Балу (Баал-Хаддад), возможно, уже к середине II тыс. до н.э., занимал центральное место (как царь богов) в пантеоне, хотя иногда, по традиции, и подчинялся главе совета богов Илу (согласно мифологии).
Как известно, Вельзевул (Ваал-Зевул, Баал-Зебул), упоминающийся в Ветхом Завете под именем "божества Аккаронского" (4Цар.1.2), в качестве "Повелителя, царя, мух"; представляется как демоническое существо, верховный вождь адских сил, "князь бесов", в силу новозаветных, евангелических, воззрений (49-1.с229). Имя "Вельзевул" переводчик и комментатор Библии Евсевий Иероним (1V-V вв. н.э.) связывал с Баал-Зебулом, как с богом ассимилировавшихся филистимлян, а Д.Э. Райт (Библейская археология) ин-терпретировал как «Возвышенный господин».
Для многих народов мира муха - символ нечистоты, греха; носительница зла и болезней. Так, в ветхозаветной традиции египетские и ассирийские войска сравниваются с тучами мух. Древние евреи связывали с образом мухи не только Баал-Зебула (на иврите "муха"- "זבוב" (зебуб), а слово "זבול" (зебул) означает "храм, дом"), но и таких врагов Всевышнего, как Молох (Эл, Баал-Цафон, Мелькарт) и Левиафан (Йаму). В Иерусалимском храме не должно было быть ни одной мухи.
Имя бога: "Баал-Зебул"- "Владыка дома, храма", хорошо ассоциируется с наименованием и содержанием Угаритского мифа "Дворец для Балу" (69.с90), выстроенного на горе Цафон (этот дворец, дом Балу, очевидно, являлся древнейшим храмом этого божества (50.) в Ханаане). Выдающийся специалист по мифологии Ханаана И.Шифман полагал, что "Баал-Зебул"- одно из многих имён Баал-Цафона, Ваала (Баал-Хаддада), сильнейшего из богов, "скользящего на облаке князя" (49-1.с159). Образ Баал-Зебула, как "мушиного бога", защищающего людей от укусов мух, по-видимому, являлся одной из ипостасей царя богов Балу. Ещё во времена израильского царя Охозии (851 г.до н.э.) Баал-Зебул был почитаем не только ханаанеями (центральный культ бога был в городе Экрон), но и древними евреями: царь Охозия обращался за оракулами к Баал-Зебулу (Ваалу), (4Цар. 1,2,3,6). Согласно Филону Библскому, в эллинистический период (49-1.с149) Балу отождествлялся с Зевсом, тоже громовержцем и тучегонителем, царём богов, не только как Зевс Кассий, но и как "Апомийос"- "Отвратитель мух". Зевсу в этом качестве приносились жертвы в Актийском храме (49-2.с188)
Следовательно, в первой четверти I тыс. до н.э. и ранее древние евреи, ха-ибири, считали Балу (Баал-Хаддада, Ваала) богом, по меньшей мере, не причинявшим им вреда.
Главной помощницей Балу во всех его делах была "сестра и жена", дева-воительница Анат, богиня охоты, "порочная дочь" Илу. «Anath, Anata» у северных и западных семитов, «Anait, Анахит» в армянской мифологии - "Великая мать", богиня (57.с19) плотской любви и войны (подобно Иштар), владычица птиц. Почитали Анат и в верхней Месопотамии - в городе Мари (106).
С Анат постоянно связываются эпитеты "сила жизни", "госпожа Неба" ("Аn", шум., протодрав.- "небо"; точнее, как было показано в Кн.I, «А-Н» - высокая, небесная, вода). В имени «Анат» окончание слова «ат» ставит «АН» (небо) в форму женского рода.
В угаритском мифе "Волшебный лук" орлы и коршуны - священные птицы богини Анат. В облике орла, а иногда и других птиц, появляется и сама богиня (106.с53). Характерно, что на стеле, обнаруженной в Бейт-Шаане (107.с146), изображение богини сопровождается иероглифической надписью «Анат(ит),- царица Неба и госпожа всех богов» (возможно, как Хатхор).
Многие слова на иврите, языке ханаанейской группы, начинающиеся со слога (слова) «ан» определяют представления и понятия, входящие в область символики, связанной с раннеземледельческой богиней Неба (57.): облако (анан), ветвь (анаф), ожерелье (анак); петля, бант (анива) или (анод)- обвешанный, украшенный (священное дерево обвешивалось (украшалось) лоскутками цветной материи - приношениями богине Неба). Помимо прочего, и сама Анат - крылатая богиня («Анату распустила свои крылья и полетела» (106.с106)).
Показательно проклятие, посланное в адрес богини Анат убитым горем Данниилу, сразу же после того как его дочь Пагату, «искусная в делах небесных», по знамению - стае орлов и коршунов (символика неба), вьющихся над домом Данниилу, узрела, что с Акхатом, по вине богини Неба, произошло страшное несчастие (был заклёван орлом Анат). «Проклял Данниилу (не называя имени божества) облако, чтобы... восемь лет не лился из него дождь, и чтобы не было росы» (облако, «небесная вода»- дождь и роса, число восемь - символика богини Неба).
Позднее, узнав, что произошло, «вознегодовал Данниилу на богиню (Анат) и на всю (её растительную) природу». Характерно, что поглотила (съела) тело Акхата именно мать орлов (параллель к Великой матери).
некоторых угаритских текстах второй супругой бога Илу названа «Рахмайу» («дева»). Эта богиня связана и с охотой. В списке Угаритских божеств она стоит выше самой Асират (106.с47), семитической богини Неба, богини-матери (что указывает на стойкость протоханаанейских жреческих традиций в Угарите). Детьми Рахмайу считаются Шахару и Шалиму (Салиму), боги утренней и вечерней зари, т.е. она тоже богиня-мать и богиня Неба. В сказании о Карату, «любезном слуге», жреце Илу, обе супруги царя богов присутствуют на свадьбе героя, где Рахмайу благословляет новобрачных. Асират же мстит Карату (насылает на него смертельную болезнь), поскольку он, нарушив клятву, забыл принёсти ей обещанную жертву за благодеяние (золото и серебро), тем самым, оскорбив древнесемитскую богиню Неба. Поскольку обещанная жертва - это жертва по обету, не «тамид», то забывчивость Карату, вероятно, обусловлена тем, что Асират не являлась для царя из Дитана божеством первостепенной важности, и её храма в Угарите не было (свой обет Карату принял в Тире).
Отметим, что есть предположения (106.) о том, что «Рахмайу»- это «дева и богиня охоты» Анат. В «Сказании о Карату» богини Рахмайу и Анат характеризуются одним и тем же эпитетом - «прелестная». Из перечня богов, присутствующих на пиру у Карату (упоминается Рахмайу, но не Анат), а также из благословления Илу (где говорится, что первенца Карату вскормят Асират и Анат, т.е. жёны Илу) вытекает, что Рахмайу - это Анат. Ю.Б. Циркин усматривает в «Рахмайу» архаичное семитское божество, «чей культ возник задолго до появления амореев в Сирии» (с268). Наиболее ранние следы её культа зафиксированы в Ханаане на рубеже III-II тыс. до н.э. (с276).
В «Финикийской истории» повествуется, что у «туземной нимфы» Анобрет был от бога Эла (Илу) сын по имени «Йехуд» («Единородный»,- перевод Филона Библского). Если имя «Анобрет» позволительно прочитать, как «Анотрет», то «туземная нимфа» - богиня Анат, а сын её «Йехуд» - единородный бог как для аморейского, так и для протоханаанейского пантеонов. Принеся его, первенца, в искупительную жертву Баал-Шамему (Шамемруму), Эл совершил жертвоприношение от лица всех богов (пришлых и местных) земли Ханаанейской.
Засвидетельствовано (надпись от IV в. до н.э. из Кипра (50.с268)), что в облике богини Афины, одной из главнейших фигур олимпийской мифологии, равной Зевсу по силе и мудрости, у ханаанеев почиталась Анат. Согласно «Финикийской истории», Анат - владычица Аттики, города Афин; т.е. традиция отождествления богинь, по-видимому, уходит своими корнями в глубь тысячелетий (по свидетельству Платона афиняне были достаточно хорошо знакомы с обычаями и верованиями ханаанеев Карфагена).
Подобно Анат, Афина-дева и богиня-воительница. Образ Афины весьма многогранен и богат наслоениями, а её догреческое происхождение не позволяет (49-1.) раскрыть этимологию имени богини.
Древнейшая (догреческая) связь Афины с Небом несомненна: её рождение сопровождалось золотым дождём; она отождествлялась с дочерьми Кекропа - Пандросой («Всевлажная») и Аглаврой («Световоздушная»); в Аттике ей посвящались праздники (49-1.) дарования росы для посевов и отвращения засухи.
В архаичной мифологии Афина также «известна как Великая богиня-мать», как родительница и губительница всего живого. Ей были посвящены земледельческие праздники (созревания плодов, начала жатвы). Отождествлялась Афина и с Агравлой («Полебороздная»).
Итак, очевидно, что в неолитическую эпоху Афина воспринималась, как богиня Неба, Великая богиня-мать.
Примечательно, что мифология сохранила и глубокую связь образа Афины с фигурой неолитического Великого бога-отца, бога земли и преисподней. Один из главнейших атрибутов Афины - змея. Богиня - не только покровительница змей, но и сама «пёстровидная змея» (у бога-отца Диониса «пёстрое» лицо; см. Кн.I). Считается (49-1.), что «истоки мудрости» Афины - в её хтоническом прошлом (Согласно учению Таавта, змея обладает огненной природой; Великий отец же, как Змей,- источник мудрости.). Культ змеи играл важную роль в Греции, в особенности в мистериях Диониса (50.с 272). Не исключено, что и «мудрая» сова,- ночная птица, избегающая света (т.е. Неба), воспринималась в древности как священное животное Великого бога-отца. Непременный атрибут Афины - эгида из козьей шкуры с головой змеевласой Медузы (горный козёл - эмблема подземного огня). Афина же помогла титану Прометею похитить у Гефеста из глубин преисподней подземный огонь. Афина также считалась и хранительницей молний Зевса (воплощавших во времена неолита появление в небе Великого бога-отца (57.)).
Уж не слыла ли «Афина» в Аттике эпохи натуфа единым двуполым богом (воплощавшим в себе и ипостась двуполого божества «Афродита»)?
Существует точка зрения, что древнеиранская богиня Анахита («Ардвисура Анахита», где - «ардви»- «влажная?», «сура»- «сильная», Анахита - «Незапятнанная») - западного (малоазийского) происхождения, и её прототипом послужила Анат. Имя «Ардвисура Анахита» не встречается в надписях ахеменидских царей вплоть до первой половины IV в. до н.э., когда она впервые упоминается в надписи Артаксеркса Мнемона (405-359 гг. до н.э.) в стереотипной фразе: «Да защитят меня Ахура-Мазда, Анахита и Митра...». Примечательно, что часть имени «Анахита» перешло в фарси в форме «Нахид», как название планеты Венеры и её персонификация.
В зороастризме (первичный зороастрийский канон) Ардвисура Анахита - непорочная богиня небесных вод и планеты Венера. Первоначально богиню воспринимали как источник вселенских вод (отголоски раннеземледельческой культуры неолита), стекающих с вершины мировой горы Хукарйи в божественном царстве света. Она питала собой все источники, давала начало рекам, делала землю цветущей и плодородной (богиня плодородия). Подробные сведения о древнеиранском восприятии богини изложены в «Авесте», где ей посвящён отдельный гимн («Ардвисур-Яшт», или «Абан-Яшт»- «Яшт V»). В этом Яште она предстает как богиня священных вод; место ее жительства находится в небе, среди звезд. Полная сил и величия, она мчится на четырехколёсной колеснице (царица неба) и сокрушает всех врагов света и добра (воительница). Боги и люди взывают к ней и молят о даровании величия (царской власти), силы и богатства. Она - мать богов. Ардвисуру Анахиту славит и приносит ей жертвы даже сам верховный бог Ахура Мазда, призывая ее спуститься на землю с неба.
Подобно Астарте, Анахита ответственна за приплод у людей и животных. Она - «уготавливает для родов материнское лоно всех жён, делает лёгкими роды всех жён, исполняет в урочное время молоком материнскую грудь». Анахита (как и Анат, Астарта или Иштар) - воплощение женственности, любви и красоты. Изображение высокой, статной девы, юной красавицы-богини, наделялось орлиными крыльями. «Сверху на голову надела Ардвисура Анахита диадему с сотнями драгоценных камней, золотую, из восьми частей, в виде колесницы, украшенную лентами, прекрасную, с выдающимся кольцом, хорошо сделанную».
Итак, всё выше изложенное свидетельствует о том, что богиня Анахита полностью соответствует мифопоэтическим признакам (небесные воды и свет, орёл, кольцо, лента, числа четыре и восемь, планета Венера, растительное плодородие, помощь при родах и т.д.), отображающим Великую богиню-мать, богиню Неба (проявляются и заимствования из постнеолитической шумеро-аккадской и хурритской мифологий). Не исключено, что такое наименование богини, как «Ана(хи)та - Незапятнанная», сотворено народной этимологией древних иранцев из непонятного для них имени «Анат».
Следовательно, вполне можно предположить, что Анат (Анаит)- госпожа Неба раннеземледельческой куро-араксской культуры, заимствованная у натуфийцев (судя по имени), которую семитическая Асират не смогла окончательно заместить и вытеснить; хотя с небес «строптивая» богиня Анат была и низвергнута - её наиболее часто упоминаемое жилище (согласно угаритской ханаанейской мифологии)- дом в глубинах земли (это может быть и отголоском предполагаемой первоначальной двуполости божества)).
Мифопоэтические образы богинь Анат и Асират ("Астарты" Ветхого Завета) содержат много общего. В Угарите и та, и другая слыли символом женской красоты, при воспевании которой их не разделяли: «чья прелесть, как прелесть Анату, чья красота, как красота Астарты». Отождествление богинь произошло, по крайней мере, ко времени создания «Сказания о Карату», в котором старший сын Карату обозначен как «Тот, кто сосёт молоко Ашеры, кто сосёт грудь девственной Анат». Богини одновременно были и девами, и супругами, и матерями, и, в конечном итоге, слились. По одной из мифологических версий, Асират и Анат (вероятно, как супруги Илу) живут в одном и том же месте - на горе Имбабу (106. с284). Астарта, в качестве Анат, живущей в недрах земли, носила даже название - «Астарта Пещерная». Ветхозаветные пророки также не слишком разделяли богинь, порицая тех, кто "стали служить Астартам". В I тыс. до н.э. культ Анат засвидетельствован лишь за пределами Ханаана: на Кипре и в Элефантине (под именем "Анатбетиль", возможно,- "Анат дома Бога", либо это имя двуполого божества).
Изображалась (нижняя панель кровати из слоновой кости, отнесённая Шеффером к Амарнскому периоду; Рас-Шамра) богиня Анат с двумя парами крыльев (одни - подняты, другие - опущены); с рогами, растущими изо лба, и солнечным диском между ними (как у Хатхор,- египтяне идентифицировали Анат и Асират, но позднее воспринимали их как единое божество - Анаташтарт (вторая половина II тыс. до н.э.)), кормящей двух отроков, явно близнецов (Шахару и Шалиму, которых после открытия текста об их рождении принимали даже за одно божество). На другой пластинке из слоновой кости вырезана женщина (Анат) с оголённым бюстом, её шея украшена широкой цепью, на головном уборе - змея. В руках богиня держит связку колосьев. Справа и слева от неё стоят два рогатых чудовища.
Tags:
